17
Март

Кастанедовское

   flakyspark   Жизненное

3юю книгу я прочитал еще в конце лета, однако конец 20ой главы до сих пор не выходит у меня из головы. Дальше - очень много буков, но оно того стоит. Ей богу.

…………………………………………………………………………..

-  Я  никогда  и  не воображал, что это  будет  так,  -
продолжал  он. - это было что-то такое, такое, такое…  Как
ничто, что я могу сказать. После того, как я схватил его, мы
начали  кружиться.  Олли  заставил меня вертеться, но  я  не
отступался.  Мы  штопором  ввинтились   в   воздух  с  такой
скоростью  и силой, что я уже ничего не мог видеть. Все было
в  тумане.  Верченье продолжалось далее и далее. Внезапно  я
почувствовал,  что вновь стою на земле. Я взглянул на  себя.
Олли  не  убил меня. Я был цел, я был самим собой!  Тогда  я
понял,  что  достиг успеха. После долгих стремлений  я  имел
олли. От радости я запрыгал. Что за чувство! Что это было за
чувство!
     Затем  я  оглянулся, чтобы установить, где я  нахожусь.
Окружающее  было неизвестно мне. Я подумал, что олли, должно
быть,  пронес меня по воздуху и опустил очень далеко от того
места,  где мы начали кружиться. Я ориентировался. Я  решил,
что  мой дом должен быть на востоке, поэтому я пошел в  этом
направлении.  Было  еще рано. Встреча с олли отняла  немного
времени. Очень скоро я нашел тропинку, а затем увидел группу
мужчин  и женщин, идущих мне навстречу. Это были индейцы  из
племени масатэк. Они окружили меня и спросили, куда я иду.
     - Я иду домой, в Икстлэн, - сказал я им.
     - Ты что, заблудился? - спросил меня кто-то.
     - Я заблудился? - сказал я. - почему?
     -  Потому что Икстлэн не здесь, Икстлэн в  противополо-
жном направлении.
     - Мы сами идем туда, - сказал кто-то.
     -  Присоединяйся к нам, - сказали они все. - у нас есть
пища.
     Дон Хенаро перестал говорить и взглянул на меня, как бы
ожидая вопроса.
     -  Ну, и что произошло? - спросил я. - ты присоединился
к ним?
     -  Нет, не присоединился, - сказал он. - потому что они
не  были  реальными.  Я понял это в ту же  минуту,  как  они
подошли  ко мне. Было что-то в их голосах, в их  дружелюбии,
что  выдавало  их,  особенно,   когда   они  попросили  меня
присоединиться к ним. Поэтому я убежал прочь. Они звали меня
и  просили вернуться. Их призывы стали  преследовательскими,
но я продолжал убегать от них.
     - Кем они были? - спросил я.
     -  Людьми,  -  ответил  дон   Хенаро  отрывисто.  -  за
исключением того, что они не были реальными.
     -  Они были как привидения, - объяснил дон Хуан. -  как
фантомы.
     -  Пройдя некоторое время, - продолжал дон Хенаро, -  я
стал  более  уверен в себе. Я знал, что Икстлэн находится  в
той  стороне,  куда  я иду. И затем я увидел  двух  человек,
идущих по тропинке ко мне. Казалось, они тоже были индейцами
из  племени  масатэк. С ними был осел, нагруженный  дровами.
Они прошли мимо меня, пробормотав: “добрый день”.
     -  Добрый  день,  - сказал я, продолжая  идти.  Они  не
обратили  на меня внимания, продолжая свой путь. Я  замедлил
свой бег и осторожно повернулся, чтобы взглянуть на них. Они
уходили,  не  обращая на меня внимания. Казалось,  они  были
реальными.  Я  побежал  за   ними  и  закричал:  “подождите,
подождите!”  Они  придержали  своего осла и  остановились  с
обеих сторон животного, как бы охраняя груз.
     -  Я заблудился в этих горах, - сказал я им. - в  каком
направлении находится Икстлэн?
     Они указали в том направлении, куда шли сами.
     - Ты далеко зашел, - сказал один из них. - это с другой
стороны  вон тех гор. Чтобы добраться туда, тебе потребуется
четыре-пять дней.
     Затем  они повернулись и продолжали идти. Я  почувство-
вал,  что  эти индейцы реальны и попросил, чтобы  они  взяли
меня с собой.
     Мы шли вместе некоторое время, а затем один из них снял
свой  мешок с провизией и предложил немного мне. Я застыл на
месте.  Было что-то ужасно странное в том, как он  предлагал
мне  свою  пищу. Мое тело ощутило испуг, поэтому  я  прыгнул
назад  и бросился бежать. Они оба сказали, что я умру в этих
горах,  если  не пойду вместе с ними, и  пытались  уговорить
меня  присоединиться  к  ним. Их призывы  были  также  очень
преследующими, но я также убегал от них изо всех сил.
     Я  продолжал  идти. Теперь я знал, что я на  правильном
пути  в  Икстлэн,  и что эти фантомы пытались сбить  меня  с
пути.
     Мне  встретилось восемь таких. Должно быть, они  знали,
что  мое  намерение  непоколебимо. Они стояли  на  дороге  и
смотрели  на  меня просящими глазами. Большинство из них  не
говорило  ни  слова.  Однако, женщины среди них  были  более
смелыми  и   упрашивали   меня.   Некоторые   из   них  даже
раскладывали  пищу  и  другие предметы,  которые,  казалось,
продают,  как невинные торговцы у дороги. Я не остановился и
не взглянул на них.
     К  концу  дня и пришел в долину, которую  я,  казалось,
узнал, что-то в ней было знакомое. Мне казалось, что я был в
ней  раньше,  но  если  это было  так,  то  я  действительно
находился  к  югу  от  Икстлэна.  Я  начал  искать  знакомые
предметы, чтобы ориентироваться и выправить свой путь, когда
увидел  маленького  индейского мальчика, пасущего  коз.  Ему
было,  наверное,  семь лет, и одет он был также, как  я  был
одет  в  его  возрасте.  Фактически, он  мне  напомнил  меня
самого, пасущего двух коз моего отца.
     Некоторое  время я следил за ним. Мальчик  разговаривал
сам  с  собой  так, как обычно это делал я.  Затем  он  стал
разговаривать  со  своими  козами. Из того, что  я  знал  об
ухаживании за козами, он хорошо знал свое дело. Он делал его
тщательно  и осторожно. Он не баловал коз, но в то же  время
он не был с ними жесток.
     Я  решил окликнуть его. Когда я заговорил с ним громким
голосом, он подпрыгнул, и, бросившись к скале, стал смотреть
на  меня из-за камней. Казалось, он был готов бежать, спасая
свою  жизнь. Он понравился мне. Казалось, он был испуган,  и
все  же  он  нашел время отозвать своих коз  из  поля  моего
зрения.
     Я  разговаривал с ним долго. Я сказал, что заблудился и
не  знаю дорогу в Икстлэн. Я спросил, как называется  место,
где  мы  находимся,  и он сказал, что это место,  которое  я
считал.  Это очень меня обрадовало. Я понял, что уже  больше
не потерян и раздумывал о той силе, которую должен был иметь
мой олли, чтобы перенести все мое тело за время меньшее, чем
взмах ресниц.
     Я  поблагодарил мальчика и начал уходить. Он  осторожно
вышел  из  своего  укрытия  и  погнал  своих  коз  по  почти
незаметной  тропинке.  Тропинка, казалось, вела в долину.  Я
позвал мальчика, и он не убежал. Я пошел к нему, и когда был
слишком  близко от него, он прыгнул в кусты. Я похвалил  его
за то, что он так осторожен, и начал задавать ему вопросы.
     - Куда ведет эта тропинка? - спросил я.
     - Вниз, - сказал он.
     - Где ты живешь?
     - Там, внизу.
     - Там, внизу, много домов?
     - Нет, только один.
     - Где остальные дома?
     Мальчик указал на другую сторону долины с безразличием,
свойственным  мальчикам  его  возраста. Затем он  со  своими
козами пошел вниз по тропинке.
     -  Подожди,  -  сказал я мальчику. - я  очень  устал  и
голоден. Возьми меня к своим.
     -  У меня нет своих, - сказал маленький мальчик, и  это
потрясло  меня. Я не знаю почему, но его голос заставил меня
колебаться.  Мальчик,  заметив мое колебание, остановился  и
повернулся ко мне.
     -  У  меня  дома никого нет, - сказал он.  -  мой  дядя
уехал,  а его жена - в поле. Там полно еды, полно. Пойдем со
мной.
     Я  чувствовал почти печаль. Мальчик тоже был  фантомом.
Тон  его голоса и его настойчивость выдали его. Фантомы были
повсюду, чтобы захватить меня, но я не боялся. Я все еще был
онемевший  после своей встречи с олли. Я хотел взбеситься на
олли  или  на  фантомов,  но   каким-то  образом  я  не  мог
рассердиться,  как  я обычно это делаю, поэтому  я  перестал
пытаться.  Затем  я  захотел  опечалиться,  потому  что  мне
понравился  этот  маленький мальчик, но не смог.  Поэтому  я
бросил это тоже.
     Внезапно  я сообразил, что у меня есть олли, и что  нет
ничего  такого,  что  могли   бы   мне  сделать  фантомы.  Я
последовал  за мальчиком по тропинке. Другие фантомы  быстро
выскочили и попытались заставить меня шагнуть в пропасть, но
моя воля была сильнее их. Они, должно быть, чувствовали это,
потому  что перестали осаждать меня. Спустя некоторое  время
они  просто стояли у моей тропы. Время от времени кто-нибудь
из  них  прыгал ко мне, но я останавливал их своей волей.  И
тогда они перестали беспокоить меня совершенно.
     Долгое  время  дон Хенаро молчал. Дон Хуан взглянул  на
меня.
     - Что произошло после этого, дон Хенаро? - спросил я.
     -  Я  продолжал  идти,  - сказал  он,  как  само  собой
разумеющееся.
     Казалось, что он кончил свой рассказ, и не было ничего,
что он хотел бы добавить.
     Я  спросил их, почему тот факт, что они предлагали  ему
пищу  был указанием на то, что они фантомы. Он не ответил. Я
допытывался  дальше  и  спросил, является ли  обычаем  среди
индейцев  племени  масатэк  отрицать  то,  что  у  них  есть
какая-либо  пища,  или же быть очень озабоченным  всем,  что
касается пищи.
     Он  сказал, что тон их голосов, их желание выманить его
и  та  манера,  в  которой фантомы  говорили  о  пище,  были
указаниями.  И  что  он знал это из-за того,  что  его  олли
помогал  ему.  Он  заверил  меня в том, что один  он  бы  не
заметил этих тонкостей.
     - Эти фантомы были олли, дон Хенаро? - спросил я.
     - Нет, они были людьми.
     - Людьми? Но ты сказал, что они были фантомами.
     -  Я  сказал, что они больше не были  реальными.  После
моей встречи с олли ничего больше не было реальным.
     Долгое время мы молчали.
     - Каков был конечный исход этого события, дон Хенаро? -
спросил я.
     - Конечный исход?
     -  Я  хочу  сказать, когда и как  ты,  наконец,  достиг
Икстлэна?
     Оба они тут же расхохотались.
     -  Так  это  значит,  это для тебя  конечный  исход?  -
заметил  дон  Хуан.  -  давай  тогда  скажем  это  так.  Для
путешествия  Хенаро  не  было   конечного  исхода.  И   н и-
к о г д а    не будет никакого конечного исхода. Хенаро  все
еще в пути в Икстлэн!
     Дон  Хенаро взглянул на меня пронзительными глазами,  а
затем повернул голову и посмотрел вдаль в сторону юга.
     -  Я  никогда  не достигну Икстлэна, - сказал  он.  Его
голос был твердым, но тихим, почти шепотом.
     - Однако, в моих чувствах… В моих чувствах мне иногда
кажется,  что остался лишь один шаг, чтобы достигнуть его. И
все  же, этого никогда не будет. В своем путешествии я  даже
не встречаю знакомых примет, которые я когда-то знал. Ничего
уже больше не является тем же самым.
     Дон  Хуан  и дон Хенаро взглянули друг на  друга.  Было
что-то очень печальное в их взгляде.
     -  В  моем  путешествии   в   Икстлэн  я  нашел  только
путников-фантомов, - сказал он тихо.
     Я  взглянул на дона Хуана. Я не понял, что имел в  виду
дон Хенаро.
     -  Каждый,  кого  Хенаро  встречает  на  своем  пути  в
Икстлэн,  только эфемерное существо, - объяснил дон Хуан.  -
возьмем  тебя,  например. Ты - фантом. Твои чувства  и  твоя
настойчивость те же, что у людей. Вот почему он говорит, что
он  встречает  только  путников-фантомов  на  своем  пути  в
икстлэн.
     Внезапно  я  понял,  что путешествие дона  Хенаро  было
метафорой.
     -  В  таком  случае   твое   путешествие  в  Икстлэн  -
нереально? - сказал я.
     -  Оно  реально!  -  вставил   дон  Хенаро.  -  путники
нереальны.
     Кивком  головы  он  указал  на дона Хуана  и  сказал  с
ударением:
     -  Он  -  единственный, кто реален. Мир  реален  только
тогда, когда я с ним.

…………………………………………………………………………..



Leave a reply

Name (*)
Mail (will not be published) (*)
URI
Comment